В конец, о Маеле́фе, ра́зума Давиду, 52
Рече́ безу́мен в сердце своем: несть Бог, растле́ша и омерзи́шася в беззако́ниих, несть творя́й благо́е. Бог с Небесе́ прини́че на сы́ны челове́ческия, ви́дети, а́ще есть разумева́яй или взыска́яй Бога? Вси уклони́шася, вку́пе непотре́бни бы́ша, несть творяй благо́е, несть до еди́наго. Ни ли уразуме́ют вси де́лающии беззако́ние, снеда́ющии люди моя в снедь хлеба? Го́спода не призва́ша. Тамо устраши́шася стра́ха, иде́же не бе страх, я́ко Бог разсы́па кости человекоуго́дников: постыде́шася, яко Бог уничижи́ их. Кто даст от Сиона спасение Изра́илево? Внегда возврати́т Бог плене́ние людей Своих, возрадуется Иаков, и возвесели́тся Израиль.