В конец, Идифу́му, песнь Давиду, 38
Рех: сохраню́ пути́ моя́, е́же не согреша́ ти ми язы́ком мои́м: положи́х усто́м мои́м храни́ло, внегда́ воста́ти гре́шному предо мно́ю. Онеме́х и смири́хся, и умолча́х от благ, и боле́знь моя́ обнови́ся. Согре́яся сердце мое́ во мне, и в поуче́нии моем разгори́тся огнь. Глаго́лах язы́ком мои́м: скажи́ ми, Господи, кончи́ну мою́ и число́ дней моих, ко́е есть? Да разуме́ю, что лиша́юся аз? Се пя́ди положи́л еси́ дни моя, и соста́в мой я́ко ничто́же пред Тобо́ю, оба́че вся́ческая суета́ всяк челове́к живы́й. Убо о́бразом хо́дит челове́к, оба́че всу́е мяте́тся: сокро́вищствует, и не весть, ко́му собере́т я́. И ны́не кто терпение мое, не Господь ли? И соста́в мой от Тебе есть. От всех беззако́ний моих изба́ви мя, поноше́ние безу́мному дал мя еси́. Онеме́х и не отверзо́х уст моих, я́ко Ты сотвори́л еси́. Отста́ви от мене́ ра́ны Твоя́: от кре́пости бо руки́ Твоея́ аз исчезо́х. Во обличе́ниих о беззако́нии наказал еси́ человека и иста́ял еси́, яко паучи́ну, ду́шу его: оба́че всу́е всяк человек. Услы́ши моли́тву мою, Господи, и моле́ние мое внуши́, слез моих не премолчи́: яко пресе́льник аз есмь у Тебе и пришле́ц, я́коже вси отцы мои. Осла́би ми, да почи́ю, прежде даже не отъиду́, и ктому не буду.